Несколько дней назад, перебирая архив «Полезных заметок», я вдруг наткнулся на замечательную байку о том, как ленинградский мальчик по имени Никита обнаружил в телефонном справочнике очень редкое и забавное имя – Ангелов Ангел Ангелович. Обнаружил, захихикал и придумал коварный розыгрыш. Юный шутник набрал номер и вежливо попросил: «Чёрта Чёртовича можно?»…

И такой назойливый дозвон происходил многократно на протяжении нескольких лет. Друзья-школяры уха-ха-хатывались от совершенно неангельской реакции несчастного абонента по фамилии Ангелов

Прошли годы, мальчик Никита вырос и стал знаменитым на весь Советский Союз композитором Никитой Владимировичем Богословским.

Спустя 50 лет этот маститый музыкант снова набрал телефонный номер товарища Ангелова, и снова вежливо спросил: «Чёрта Чёртовича можно?»… На что старческий голос в трубке возмущённо произнёс: «ТЫ ЕЩЁ ЖИВ, СВОЛОЧЬ!?»…

Дорогие мои листатели интернет-журнала «ПЗ», особенно те, кто любит ребусы-головоломки, у меня для вас есть вопрос-загадка. Точнее сказать, загадка с картинкой. Или даже картина с секретом. Итак, господа знатоки, внимание, вопрос: как вы думаете, кто именно, какой очень известный человек изображён на заглавной картинке?

Признаюсь честно – когда я сам впервые увидел эту работу, то так и не смог точно определить таинственного незнакомца в полосатой одежде. Без дополнительных подсказок мало кто ответит правильно. Давайте, я дам вам несколько наводок.

Первая. Хоть это и наш соотечественник, но запечатлён он за границей. Небритый брюнет облачён в униформу рабочего Ост-Индийской компании, а именно в одежду корабельного мастера.

Ну, как? У вас уже наверняка есть вариант ответа. Если он ещё не появился, то вот вам вторая подсказка. Она же последняя. Время написания этого портрета – самый-самый конец XVII века. Место действия – Голландия, маленький городок Заандам.

Вторник, 14 мая 2019 22:34

«НЕвредные заметки» № 180

Тема этого выпуска — забавные истории из жизни знаменитых писателей и поэтов. Вы узнаете: откуда Агата Кристи черпала сюжеты для своих детективов; какую необычную радость от книги испытал критик Георг Лихтенберг; о своеобразном юморе Генриха Гейне; как Михаил Ломоносов ответил на язвительный выпад чванливого вельможи о своих крестьянских предках; о древности рода писателя Чарльза Диккенса; в каком необычном соревновании победил Иоганн Гёте; кто такой полицмейстер Ровинский; мнение Александра Пушкина о рецензировании исторических записок гусара-партизана Дениса Давыдова, а также услышите три занятные блиц-истории.

 

Самый знаменитый гусар Отечественной войны 1812 года Денис Давыдов прославился не только своими партизанскими подвигами, но и литературной деятельностью. Он был ярким поэтом, воспевавшим лихое-удалое гусарство, известным на всю русскую армию острословом, мастером весёлых стихотворных каламбуров, а также довольно таки интересным писателем-мемуаристом.

Наиболее известны его следующие мемуары: «Встреча с великим Суворовым», «Воспоминание о сражении при Прейсиш-Эйлау», «Тильзит в 1807 г.» и «Дневники партизанских действий». Описанные в этих трудах события являются для нас важными историческими источниками.

 

Однажды, в 1824 году, поэт Александр Грибоедов и композитор Александр Алябьев сидели в театре. Пьеса была весьма удачной и поэтому друзья очень бурно на неё реагировали: громко аплодировали, кричали «Браво!» и вызывали актёров на поклоны. Сидящие рядом зрители усердно вторили Грибоедову с Алябьевым, и от этого в партере образовался ужасный шум. Неистовые эмоции партера очень не понравились господам в дорогих ложах, видите ли, поднятый галдёж ужасно мешал им наслаждаться высоким искусством. И знатные вельможи посчитали своим долгом сообщить куда следует.

Когда в антракте Грибоедов с Алябьевым вышли в коридор, к ним подошёл полицеймейстер Ровинский в сопровождении квартального.

– Как ваша фамилия? – строго спросил Ровинский у Грибоедова.

– Я – Грибоедов.

– Кузмин! Запиши, – сказал Ровинский, обращаясь к квартальному...

Понедельник, 13 мая 2019 17:17

Необычное алко-состязание Гёте

А впрочем, почему необычное состязание?... Очень даже обычное! Вполне себе рядовое для великого Гёте…

Немецкий поэт и мыслитель Иоганн Вольфганг Гёте любил вино. Причём любил пофилософствовать в компании с исключительно хорошими и дорогими сортами. Говорят, что фраза «Жизнь слишком коротка, чтобы пить плохое вино» принадлежит именно Гёте. Доподлинно известно, что франконское вино из Баварии так понравилось великому поэту, что он повелел присылать ему 900 литров в год. А это по два с половиной литра в день! Если бы такие объёмы поглощал кто-нибудь другой, то я даже не стал бы об этом отвратительном пьянстве ничего рассказывать, но так как речь идёт о величайшем поэте и писателе, то вы меня извините. Я таки поведаю вам одну забавную историю о благородно-поэтическом употреблении элитных спиртных напитков.

Однажды в город Веймар, в котором жил Гёте, приехал некий англичанин. Специально ради того, чтобы повидать знаменитого немецкого философа. Господин из Британии добился встречи и, прямо, без всяких обиняков, заявил Иоганну Вольфгангу, что слышал, будто тот – первый бражник Германии, а так как он сам пользуется той же славной репутацией в своем отечестве, то желает предложить ему состязание. Короче, если кто не сразу понял, то объясняю: англичанин предложил соревнование под названием «Кто кого перепьёт».

Понедельник, 13 мая 2019 17:08

Чей род древнее?... Диккенса!

Ещё одна история о человеческой чванливости и остроумной реакции на неё.

Однажды классик мировой литературы, английский писатель Чарльз Диккенс попал в компанию высокородных аристократов, и те принялись бахвалиться своим знатным происхождением.

Один из них гордо заявил: - Мои предки стояли у трона короля Генриха VIII!

Второй парировал: – Мои прадеды ходили в крестовые походы вместе с Ричардом Львиное Сердце, так что мой род древнее - он происходит из XII века!

– А мой род – вообще от римлян! – самодовольно бравировал третий вельможа.

Худородному писателю Чарльзу Диккенсу это самохвальство надоело, и он небрежно заметил: – Это всё пустяки! Вот я до сих пор плачу проценты по кредиту, который мой пра-пра-пра-прадедушка взял, когда отправился с тремя волхвами в Вифлеем на поклон к младенцу Иисусу.

 

 

Однажды величайший русский учёный, поэт, художник и историк Михаил Васильевич Ломоносов имел пренеприятную беседу с неким надменным царским вельможей. Тот откровенно подтрунивал над крестьянским происхождением Михайла Васильевича.

Важный чиновник насмешливо спросил учёного мужа: – Скажи-ка, любезный, как это ты осмелился войти в царский дворец? Может, у тебя знаменитые предки?

На этот укол Ломоносов ответил очень достойно: – Мне не нужны предки, я сам – знаменитый предок для своих потомков!

Если вдуматься, эта фраза значительно глубже, нежели мыслил великий человек. Так как Михаил Васильевич не имел сыновей, то линия его рода пресеклась. Потомки его единственной дочери Елены породнились с героями Отечественной войны 1812 года Николаем Раевским и Сергеем Волконским. Сегодня прямых праправнуков Ломоносова на земном шарике очень мало.

 

 

 

Великий русский литератор великой екатерининской эпохи Денис Иванович Фонвизин, писатель, драматург, переводчик, прозаик, публицист, автор бессмертной комедии «Недоросль» увлекался ещё и сатирическими стихами да смешными эпиграммами. По всему Петербургу из уст в уста передавались его крылатые выражения.

Например, его ответ на вопрос, какая разница между человеком и скотом, стал известен на всю Россию.

– Огромная! – отвечал сатирик. – Ведь скотина никогда человеком быть не может, а человек, особливо богатый и чванливый, весьма часто скотиной становится…

 

Понедельник, 13 мая 2019 16:39

Своеобразный юмор Генриха Гейне

Немецкий поэт-романтик и публицист Генрих Гейне был ещё и литературным критиком. Иногда он давал довольно таки безжалостные рецензии присылаемым ему книгам. Но при этом циничность своих ответов он умел облекать в остроумную форму. Вот один пример.

Как-то раз одному автору Гейне написал: «Дорогой друг! Читая твою книгу, я заснул. Но мне снилось, что я всё ещё её читаю. И тогда на меня навалилась такая скука, что я проснулся…»

Какая оригинальная шутка, согласитесь – не заснуть от чтения скучной книги, а проснуться от нудного сновидения о чтении скучной книги!

Своеобразное чувство юмора не покидало Генриха Гейне до самых его последних дней. В возрасте 49 лет у него обнаружился прогрессирующий паралич, но поэт не потерял интереса к жизни и продолжал писать.

 

Страница 1 из 107