Понедельник, 28 сентября 2020 19:03

Забавные истории из жизни Фаины Раневской. Часть 2-я

Оцените материал
(2 голосов)

В одном из недавних выпусков интернет-журнала «ПЗ» я рассказывал вам интересные истории из жизни великой актрисы Фаины Георгиевны Раневской. На самом деле их так много, как реальных, так и выдуманных, что для пересказа не хватит и 10-ти выпусков. А то 100. Но я таки попробую это сделать ещё в одном – в сегодняшнем. Итак, начинаем листать свежий номер журнала о знаменитой артистке и выдающемся человеке.

Мудрая рецензия на «Сикстинскую мадонну»

В мае 1955 года в Москве, в Музее изобразительных искусств имени Пушкина, открылась выставка «Шедевры Дрезденской галереи». Возле знаменитой картины «Сикстинская мадонна» кисти Рафаэля собралось много зрителей – люди смотрели, любовались, и вполголоса делились впечатлениями. Фаина Георгиевна услышала разговор двух чиновников из Министерства культуры. Один утверждал, что картина не произвела на него впечатления.

На что Раневская выдала остроумный и очень мудрый афоризм: – Эта дама в течение стольких веков на таких людей производила впечатление, что теперь она сама вправе выбирать, на кого ей производить впечатление, а на кого нет!

Раневская о куриных яйцах

Во время Великой Отечественной войны в Советском Союзе не хватало многих продуктов, в том числе и куриных яиц. Для приготовления яичницы и омлетов граждане использовали яичный порошок, который поставляли в СССР американцы по ленд-лизу. Народ к этому заморскому продукту относился недоверчиво, поэтому в прессе постоянно печатались пропагандистские статьи о том, что яичный порошок очень полезен, а натуральные яйца, напротив, весьма вредны.

Война закончилась, на прилавках магазинов появились продукты, и куриные яйца тоже стали всё чаще возникать в продаже. В один прекрасный день несколько газет поместили статьи, утверждающие, что натуральные яйца – это очень полезная и питательная еда.

В тот вечер Фаина Раневская звонила друзьям и всем сообщала: – Поздравляю, дорогие мои! Яйца реабилитировали!

Нехорошее предчувствие Раневской по поводу опасного велосипеда

В 1969 году знаменитый режиссёр Анатолий Васильевич Эфрос ставил в Театре имени Моссовета спектакль «Дальше – тишина». Эта печальная пьеса из американской жизни имела огромный успех благодаря талантливой игре Фаины Раневской и Ростислава Плятта. Они играли пожилую семейную пару, прожившую вместе 50 лет, которой пришлось разлучиться навсегда.

По замыслу режиссёра, на сцене было много всякой мебели и куча разнообразных вещей, а на шкафу стоял велосипед.

Исполнительница главной роли Фаина Раневская долго ворчала, что сцена загромождена так, что повернуться негде, а потом указала пальцем на велосипед и заявила: – Уберите это чудовище, оно меня пугает!

Постановщик Анатолий Эфрос вежливо поинтересовался: почему!? Фаина Георгиевна сказала, что велосипед непременно свалится ей на голову. Эфрос стал успокаивать, повторял, что ничего такого страшного не случится. Они долго препирались, но велосипед всё‑таки сняли. Но на следующий день он снова возвышался над сценой, и снова Раневская требовала, чтобы его убрали. Так продолжалось несколько дней. Снимут – поставят, снимут – поставят. Рабочие всё надеялись, что Раневская забудет, но она не забывала.

Однажды шла репетиция. Отрабатывались эпизоды без участия Раневской. И вдруг велосипед со страшным грохотом рухнул вниз. Артисты бросились врассыпную. Актёры заругались, актрисы завизжали, декораторы разволновались, а рабочие заматерились. И только режиссёр Анатолий Эфрос тактично промолчал.

Как только переполох завершился, а крики стихли, из тёмного зрительного зала раздался голос Фаины Георгиевны: – Вот вы говорили, что я вздорная тётка, а ведь случилось!

Про первую любовь

Фаину Раневскую в Советском Союзе любили все. От мала, до велика. Обожание было всеобщим. Во время гастролей Театра имени Моссовета в Одессе местная кассирша говорила так: «Когда Раневская идёт по городу, вся Одесса делает ей апофеоз».

На что актриса отвечала: «Как много любви, а в аптеку сходить некому».

У неё были друзья, поклонники тоже имелись, а вот своей семьи не было. Щедро наделив Раневскую талантом, Господь, видимо, решил сэкономить на другом – он не дал ей любви. «Спутник славы – одиночество» – ещё один мудрый афоризм одинокой женщины.

Однажды у Фаины Георгиевны спросили, была ли она когда-нибудь влюблена. – А как же! – ответила Раневская, и рассказала о своей первой любви.

«Вот было мне девятнадцать лет, поступила я в провинциальную труппу - сразу же и влюбилась. В первого героя-любовника! Уж такой красавец был! А я-то, в правду сказать, страшна была, как смертный грех… Но очень любила ходить вокруг него, глаза на него таращила, он, конечно, ноль внимания… А однажды вдруг подходит и говорит шикарным своим баритоном: "Деточка, вы ведь возле театра комнату снимаете? Так ждите сегодня вечером: буду к вам в семь часов".

Я побежала к антрепренёру, денег в счет жалования взяла, вина купила, еды всякой, оделась, накрасилась – сижу, жду. В семь часов нету, в восемь нету, в девятом часу приходит… Пьяный и с бабой!.. "Деточка, – говорит, – погуляйте где-нибудь пару часиков, дорогая моя!"

С тех пор не то, что влюбляться – смотреть на них не могу: гады и мерзавцы!»

Раневская и её эрзац-внук

Как известно, Фаина Георгиевна так и не вышла замуж. И не родила детей. Почти 30 лет своей жизни она прожила с семьей своей лучшей подруги и учительницы – актрисы Павлы Леонтьевны Вульф. Поэтому внук Павлы Вульф – Алексей Щеглов – стал для Раневской родным человеком. Она даже сама забирала его из роддома. Раневская считала Лёшку своим внуком и называла мальчишку со свойственным ей юмором – «Эрзац-внук».

Предлагаю вашему вниманию четыре короткие блиц-истории о воспитании эрзац-внука.

Как-то, когда Раневская ещё жила в одной квартире с Вульфами, а маленький Алёша ночью капризничал и не засыпал, бабушка Павла Леонтьевна предложила: – Может, я ему что-нибудь спою?...  – Ну, зачем же так сразу, – возразила Раневская. – Давай ещё попробуем по-хорошему.

Однажды Раневская объясняла Алёше, чем отличается сказка от были: – Сказка – это когда женился на лягушке, а она оказалась царевной. А быль – это когда наоборот. 

Или вот ещё мудрый юмор о женитьбе. 
– Вот женишься, Алёшенька, тогда поймешь, что такое счастье.  
– Да? – удивился мальчик. 
– Да. Но уже поздно будет.

После вечернего чтения эрзац-внук спросил Раневскую: – А как Красная Шапочка узнала, что на кровати лежит не бабушка, а серый волк?...  – Да очень просто: внучка посчитала ноги – волк имеет аж четыре ноги, а бабушка только две. Вот видишь, Лёшенька, как важно знать арифметику!

5.02 Фаина Раневская 47

Эрзац-внук Алёшка вырос и стал Алексеем Валентиновичем Щегловым –заслуженным архитектором России и профессором МАРХИ (Московского Архитектурного Института).

Он написал о своей второй бабушке несколько книг воспоминаний, самые известные из которых: «Раневская. Фрагменты жизни», «Раневская. Вся жизнь» и «Записки эрзац-внука». Настоятельно рекомендую к прочтению. Именно в них содержатся реальные истории о великой актрисе. В наше время развелось слишком много подделок «под-Раневскую». Уже в нескольких изданиях мне попадались бородатые одесские и еврейские анекдоты, приписанные якобы Раневской. Таков современный маркетинг – под прикрытием знаменитой фамилии можно продать выдуманные несмешные байки и скабрезные шутки.  

О достоверности следующей истории как раз можно и поспорить, но, во всяком случае, она весьма интересна. И очень характерна для Раневской.

Как Раневская вокруг пальца МГБ обвела

Во времена СССР органы НКВД–МГБ–КГБ вели борьбу против западных спецслужб и внутренних диссидентов с помощью бойцов невидимого фронта. Немало завербованных было среди советских артистов. Вообще-то, доносительство считалось подлостью, но не каждый творческий человек мог отказать коварным вербовщикам всесильной спецслужбы.

Фаина Раневская была уже в зрелом возрасте, когда её решили также сделать агентом. Эта инициатива исходила от полковника Олега Михайловича Грибанова, одного из высоких руководителей советской контрразведки. Он был неординарным человеком. Волевой и одарённой личностью.

6.01 Олег Грибанов

Вы наверняка видели многосерийные художественные фильмы «Ошибка резидента», «Судьба резидента», «Возвращение резидента» и «Конец операции «Резидент» с Георгием Жжёновым в главной роли. Так вот, одним из двух авторов сценария этой знаменитой шпионской тетралогии являлся засекреченный контрразведчик Олег Грибанов. Ещё один интересный факт об этом незаурядном человеке: из-за небольшого роста и недюжинной гипнотической силы его прозвали «маленьким Бонапартом». Само упоминание его имени подавляло волю любого врага народа.

Завербовать Фаину Раневскую решили в 1952 году. Полковник МГБ Грибанов на первую встречу с потенциальным агентом послал молодого офицера по фамилии Коршунов. Тот пребывал в полной уверенности, что моментально завербует артистку Раневскую. Задушевно-вербовочную беседу он проводил, как тогда было принято: сначала посетовал на деятельность иностранных разведок на территории СССР, а затем напомнил о долге каждого гражданина по оказанию посильной помощи органам государственной безопасности по защите завоеваний социализма.

Раневская всё поняла. Выслушав сказанное, она спросила: – Молодой человек, а где вы были раньше, когда я ещё не успела разменять шестой десяток?

Коршунов замахал руками и произнёс неловкий комплимент: – Что вы, Фаина Георгиевна! Да вам больше тридцати никто не даёт, поверьте!... Вы просто девочка по сравнению с другими артистками вашего театра!

Раневская хитро прищурилась, закурила «беломорину» и спокойно сказала наглому оперу: – Мне с вами, молодой человек, всё понятно... Как, впрочем, и со мной тоже... Без лишних слов заявляю: я давно ждала этого момента, когда органы оценят меня по достоинству и предложат сотрудничать!

Я лично давно к этому готова. Разоблачать происки ненавистных мне империалистических выползней... Можно сказать, что это – моя давняя мечта. Но... есть одно маленькое «но»! Во-первых, я живу в коммунальной квартире, а во-вторых, что ещё важнее, я громко разговариваю во сне…

6.02.01 Рисунок 01

Вот и давайте, коллега, вместе, по-чекистски, поразмыслим. Представьте, вы даёте мне секретное задание, и я, будучи человеком обязательным и ответственным, денно и нощно обдумываю, как лучше его выполнить, а мыслительные процессы, как вы, конечно, знаете из психологии, в голове интеллектуалов происходят беспрерывно – днём и ночью...

И вдруг! И вдруг ночью во сне я начинаю сама с собой обсуждать способы выполнения вашего задания. Называть фамилии, имена, клички объектов, явки, пароли, адреса, время встреч и прочее...

А вокруг меня соседи по коммуналке, которые неотступно за мной следят вот уже который год кряду. Они же у меня под дверью круглосуточно, как сторожевые псы, лежат, чтобы услышать, о чём и с кем это Раневская по телефону говорит!

И что? Я говорю вам о своих недостатках заранее и честно... Если я ошибаюсь, – поправьте меня, уберегите от совершения в будущем роковой ошибки! Я бы даже сказала, от непредумышленного предательства...

Но что делать, если мои родители передали мне такой порок – громко разговаривать во сне? Я уже обращалась к врачам, к светилам медицины – всё пустое, ничего поделать не могут.

Выслушав этот страстный монолог, молодой офицер Коршунов опешил и ушёл со встречи придавленный железными аргументами знаменитой артистки. Утром он доложил Грибанову об объективных сложностях, о желании Раневской сотрудничать, а также о том, что потенциальный агент живёт в коммунальной квартире и разговаривает во сне.

Спустя месяц Фаина Раневская праздновала новоселье в новенькой высотке на Котельнической набережной.

Вы думаете это конец истории? Так сказать, красивый итог изящной интриги с обменом тесной коммуналки на элитную жилплощадь? Как бы не так!.. Сейчас я прерву рассказ о вербовке Раневской и сделаю короткую вставку о юморе Фаины Георгиевны по поводу своего нового дома. Ибо более уместного случая может и не представится. 

На первом этаже роскошной высотки на Котельнической набережной в числе различных «учреждений быта» находилась булочная, и когда по утрам во время разгрузки машин с хлебом грузчики начинали швырять лотки на асфальт и громко материться, все богемные жильцы мгновенно просыпались. А с другой стороны дома находился кинотеатр «Иллюзион». Об этом булошно-киношном соседстве Раневская придумала великолепную шутку: «Я живу над хлебом и зрелищем».

Так что там с вербовкой лауреата трёх Сталинских премий?

После переселения Раневской в благоприятные условия офицер МГБ Коршунов решил, что теперь уже ничто не мешает артистке вступить в ряды бойцов невидимого фронта. Он стал названивать ей в театр и с таинственной интонацией приглашать на встречу. Но у Фаины Георгиевны всё время находились веские причины для отказа: то важные репетиции, то генеральные прогоны, то скачки давления, то другие жуткие проблемы со здоровьем. Во время очередной отговорки Коршунов рассвирепел и заявил, что скоро сам придёт к ней в новую квартиру для выяснения отношений.

Через несколько дней в приёмной МГБ появился мрачный небритый мужчина неопределенного возраста с документом государственной важности. Это было коллективное заявление жильцов высотки на Котельнической набережной, где проживала Раневская. В своём обращении 10 жильцов просили органы госбезопасности разобраться с некой артисткой (при этом фамилия Раневской в заявлении не указывалась), которая по ночам всех беспокоит воплями о происках империалистов и о том, что она обязательно разберётся с супостатами, когда её примут в органы госбезопасности внештатным сотрудником.

Прочитав коллективное заявление, полковник Олег Грибанов вызвал Коршунова и сказал ему: – На Фаине поставь крест, ищи кого-нибудь другого. Молчащего во сне. Всё! Свободен!

Самое забавное в этой истории заключается в агентурной информации, которую вскоре Коршунову донесли его сексоты из театра имени Моссовета, в котором работала Раневская. Они сообщили, что якобы коллективное заявление от 10 жильцов элитного дома написала она сама, а потом попросила сантехника из ЖЭКа отнести письмо в приёмную МГБ. Сантехник за свои труды получил две бутылки водки.

Впоследствии Фаина Георгиевна не раз повторяла: – Я отказала органам лишь по одной причине. Дать МНОГО органам я не могу, а МАЛО мне не позволяет совесть – проклятое воспитание!

Вот так в поединке с могущественной советской спецслужбой Раневская показала себя гениальной актрисой, остроумно обведя всех вокруг пальца.

Короткие изречения Фаины Раневской

Однажды Раневская поскользнулась на ули­це и упала. Навстречу ей шёл какой-то незнако­мый мужчина. 
– Поднимите меня! – попросила его Ранев­ская. – Народные артистки на дороге не ва­ляются...

Знаменитое высказывание актрисы: – Сняться в плохом фильме – всё равно что плюнуть в вечность!

Одиночество – это когда в доме есть телефон, а звонит будильник.

– Моя собака живет лучше меня! – пошутила однажды Раневская. – Я наняла для неё домработницу. Так вот и получается, что она живет, как Сара Бернар, а я – как сенбернар...

Начинающему композитору, сочинившему колыбельную, она сказала: – Уважаемый, даже колыбельную нужно писать так, чтобы люди не засыпали от скуки.

Лучше быть хорошим человеком, ругающимся матом, чем тихой, воспитанной тварью.

Женщины, конечно, умнее. Вы когда-нибудь слышали о женщине, которая бы потеряла голову только от того, что у мужчины красивые ноги?

Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.

Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.

Наверное, я чистая христианка, прощаю не только врагов, но и друзей своих.

На вопрос: «Вы заболели, Фаина Георгиевна?» – она обычно отвечала: «Нет, я просто так выгляжу».

Здоровье — это когда у вас каждый день болит в другом месте.

Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.

Склероз нельзя вылечить, но о нем можно забыть.

Когда я умру, похороните меня и на памятнике напишите: «Умерла от отвращения».

Четвертый раз смотрю этот фильм и должна вам сказать, что сегодня актеры играли как никогда!

Настоящий мужчина – это мужчина, который точно помнит день рождения женщины и никогда не знает, сколько ей лет. Мужчина, который никогда не помнит дня рождения женщины, но точно знает, сколько ей лет – это ее муж.

Орфографические ошибки в письме — как клоп на белой блузке.

– Сегодня я убила 5 мух: двух самцов и трех самок. 
– Как вы это определили? 
– Две сидели на пивной бутылке, а три на зеркале, – объяснила Фаина Георгиевна.

Лесбиянство, гомосексуализм, мазохизм, садизм это не извращения, — строго объясняет Раневская. – Извращений, собственно, только два: хоккей на траве и балет на льду.

– Я не пью, я больше не курю и я никогда не изменяла мужу потому еще, что у меня его никогда не было, – заявила Раневская, упреждая возможные вопросы журналиста. 
– Так что же, – не отстает журналист, – значит у вас, совсем нет никаких недостатков? 
– В общем, нет, – скромно, но с достоинством ответила Раневская. 
И после небольшой паузы добавила: – Правда, у меня большая жопа и я иногда немножко привираю!

А вот байка, больше похожая на выдуманный анекдот. Однажды Раневская со всеми своими домашними и огромным багажом приехала на вокзал. 
– Жалко, что мы не захватили с собой пианино, – задумчиво произнесла Фаина Георгиевна. 
– Неостроумная шутка, – заметил кто-то из сопровождавших. 
– Действительно неостроумная, – вздохнула Раневская. – Дело в том, что на пианино я оставила все наши билеты.

 

Продолжение следует...

Прочитано 339 раз